Интервью с генеральным директором платежной системы «Яндекс.Деньги» Евгенией Завалишиной
В апреле этого года в Государственную думу поступит законопроект, регулирующий электронную коммерцию и виртуальные кошельки. Игроки рынка с опаской смотрят на разрабатываемый документ, а представители Госдумы считают, что зрелый, не регламентированный рынок будет привлекать мошенников и криминальные структуры. О том, чего боятся операторы электронных платежных систем и какие выдвигают предложения в законопроект, рассказала в интервью корреспонденту РБК daily ВИТАЛИЮ ПЕТЛЕВОМУ генеральный директор платежной системы «Яндекс.Деньги» ЕВГЕНИЯ ЗАВАЛИШИНА.
— Что не устраивает участников рынка в существующем законопроекте?
— Новый закон о национальной платежной системе носит скорее рамочный характер и призван определить, как вообще должна работать инфраструктура электронных платежей в Российской Федерации. В конце февраля в очередной редакции законопроекта появилась ст. 5 про электронные деньги. Эта статья предъявляет к поставщикам услуг электронных платежей требования, которые делают бессмысленным бизнес в сфере электронных денег. Например, чтобы создать электронный кошелек, клиент согласно ст. 5 в проекте закона должен быть идентифицирован по банковским правилам — прийти в офис, предъявить паспорт, написать заявление и т.д. Это убивает на корню саму идею электронных денег.
Мы не хотим, чтобы в ФЗ ненароком появилась статья, из-за которой весь бизнес в сфере электронной коммерции случайно умрет. После появления в законопроекте этой статьи последовал ряд встреч с регуляторами; мы рассказали, в чем проблема с конкретной редакцией законопроекта. Как я понимаю, сейчас идет работа над ним и проект закона редактируется. Мы уже высказали свои соображения по поводу закона и готовы сотрудничать в дальнейшем.
— Что в законе наиболее важно для вас?
— Нам важно разрешить эмиссию электронных денег на равных условиях банками и коммерческими организациями, чтобы проводить платежи через электронный кошелек можно было по крайней мере без привязки к существующим банковским лицензиям. Мы полагаем, что следует отменить или смягчить тезис о том, что если электронный кошелек пополняемый, то идентификация требуется сразу же при открытии счета; при этом мы не против идентификации пользователей как таковой и считаем, что существующее ограничение на разовый платеж в 15 тыс. руб. вполне можно распространить на оборот кошелька. Кроме того, было бы желательно расширить круг операций с электронными деньгами для юридических лиц, в частности смягчить ограничение на расчеты юридических лиц с физическими (в существующей версии закона такие расчеты возможны только при возврате денег с неосуществленных электронных покупок).
В основном все эти соображения сводятся к одному простому тезису: регулирование должно быть пропорционально рискам. Платежная организация не может выдавать кредитов, что сразу убирает большинство рисков банковской деятельности. Мы много слышим о банкротствах банков, но ни разу не слышали о банкротстве платежных организаций.
В США и Европе уже давно существует регулирование платежной деятельности в заметно более легкой форме, чем кредитной.
— Насколько, на ваш взгляд, рынок электронных денег сейчас нуждается в регулировании?
— В самом начале, когда рынок еще не сформировался и не было понятно, что на нем происходит, в принципе не был нужен и регулирующий закон. А когда обозначились основные игроки, появились различные сервисы и сложилась бизнес-практика, назрела потребность в регулирующем документе. Именно поэтому мы участвуем в рабочей группе по подготовке законопроекта об электронных деньгах. Это закон, который позволит вести деятельность электронной коммерции в рамках, общих для всех, и в то же время будет учитывать множество специфических аспектов. Когда есть четкие законодательно установленные правила игры, это создает равные условия для конкуренции, делает рынок более прозрачным и для игроков, и для государства.
